Школа русской традиционной культуры
Студии и
клубные объединения:

Школа русской традиционной культуры "РАДОНИЦА"

Возраст: 3+

Справки по тел.8-913-89-555-33, 8-952-940-7-555

Художественный руководитель: Кутафина Наталья Семеновна 
 

Семейный фольклорный театр «Радуница» родился в Новосибирске в 1990г. (февраль-апрель) и стал первым семейным фольклорным коллективом в Российском Союзе любительских фольклорных ансамблей (РСЛФА). До 1994г. коллектив объединял 12 семей. Родители с детьми (возраст от 10 мес. до 12 лет) ездили вместе в фольклорно-этнографическии экспедиции (в деревни и сёла Новосибирской, Кемеровской, Тюменской, Сургутской, Ханты-Мансийской, Пермской, Псковской, Читинской, Вологодской, Волгоградской, Гомельской области, Тобольского и Алтайского края), организовывали и проводили в сёлах Новосибирской области календарные праздники, согласно обрядам и обычаям дедов и прадедов и активно участвовали во всероссийских фольклорных фестивалях (Екатеринбург, Калуга, Вологда, Барнаул, Москва, Челябинск, Краснодар, Владивосток, Новокузнецк, Волгоград, Ульяновск, Тверь, Нижний Новгород, Пермь, Нижний Тагил, Санкт-Петербург, Красноярск, Вильнюс, Усть-Каменогорск).
 
С первых месяцев своего творческого становления семейный ансамбль получил добрую поддержку фольклорных лидеров Новосибирска: канд. фил., профессора НГПУ М.Н. Мельникова, канд. иск., профессора НГК (академии) им. М.И. Глинки Н.В. Леоновой и вице-президента Российского фольклорного союза (РФС) В.В. Асанова.
 
«Радуница» является родоначальницей возрождения русских народных календарных праздников Сибири в 1990-ые годы. Особенно удачными, этнографически достоверными из круглогодичного цикла «сибирского праздничного календаря» получились первые деревенские Масленицы (п. Мирный Тогучинского района, 1990г. и с. Балман Куйбышевского района НСО, 1991г.): выстроенные как реконструкции масленичного гуляния, характерного для сибирских сёл Томской губернии, со строгим соблюдением ритуалов каждого дня масленичной недели, строительством горки, стеношным кулачным боем и взятием снежного городка, катанием на «тройках» и скачках на конях, «потешным спектаклем» Масленицы с Воеводой и Баней на снегу с обливанием ледяной водой. Данная «модель-программа» масленичного празднества в настоящее время закрепилась в сценарии сибирских фольклорных коллективов.

В 1994 г. семейный фольклорный коллектив пополнился новыми молодыми участниками – студентами НМК им. А.Ф. Мурова. Профессиональные музыканты-исполнители – пианисты, скрипачи, эстрадники и духовики – привнесли в творческую деятельность «Радуницы» юношеский энтузиазм, музыкантскую заинтересованность качеством исполнения этнографического материала и профессионально глубокое и серьёзное отношение к песне, традиционной хореографии и инструментальным жанрам.

Уникальность коллектива состоит в том, что в течение 20 лет семейный фольклорный ансамбль «Радоница» продолжает и развивает собственную семейную родовую традицию семьи Кутафиных-Бородиных (свадебная обрядность и песни с. Локти Мошковского района НСО), изучая и другие сибирские аутентичные традиции, например, песни семейских Забайкалья и кадрили кержаков Новосибирской области. За 20 лет в коллективе спелись, сплясались и обвенчались 13 свадебных пар. Две семьи успели родить по пять ребятишек, которых родители воспитывают «в народной и духовной традиции русских сибиряков».

С 1998 г. в ансамбль «вливаются» учащиеся фольклорно-этнографического отделения НОККиИ. В 2004 г. «Радоница» становится творческой мастерской для студентов НГПУ (факультета культуры и дополнительного образования), а с 2006 г. – и для участников фольклорной студии НГИ.

«Радоница» – первый в Сибири (и один из немногих в России) коллектив, увлечённый с 1990г. целенаправленным сбором образцов сибирской традиционной хореографии; бережно сохраняющий в своём постоянном репертуаре любимые записанные и выученные участниками семейного ансамбля во время многочисленных экспедиций – 15 сибирских кадрилей, 25 танцев, орнаментальные хороводы, игровые вечёрочные песни – всего 112 наименований авторской коллекции. Поэтому в настоящее время участники коллектива стали творческим «ядром» Новосибирского молодёжного клуба русского традиционного (этнического) танца «Крутуха», созданного в мае 2009 г. в ДК им. Октябрьской революции.
 

Школа русской традиционной культуры "РАДОНИЦА"

Действительный член Российского Фольклорного Союза (с ноября 1991 г.) – Диплом № 9

Дважды Лауреат I степени Всероссийских смотров-конкурсов молодёжных фольклорных коллективов России («Золотое кольцо России», Ковров – Владимир – 1998 г., «Широкая масленица», Новосибирск – 2004 г.),
 
Звание «Народный (образцовый) самодеятельный коллектив»:
1993 – 2001 гг. (Фольклорный театр),
2007 – 2010 гг. (Фольклорный ансамбль)

Дипломант Международных фольклорных фестивалей и форумов РФС (Монголия – 1990 г., «Золотое яблоко» – Краснодар, 1991 г., «Русская зима» – Фрайбург (Германия), 1993 г., «Ильин день» – Рощино, 2004 г., «Живая традиция» – Москва, 2006 г., «Покровские колокола» – Вильнюс, 2006 г., «Беловодье» – Усть-Каменогорск, 2007, 2008, 2010г г. )

Многократный Дипломант и участник Всероссийских и Межрегиональных фольклорных фестивалей: «Дмитриев день» – Екатеринбург (1995-1997, 1999-2005 гг.), «Ильин день» – Пермь, 2002 г., «Марфин Брод» – Можайск, 2004 г., «Покров день» – Нижневартовск, 2005 г., «Егорий Хоробрый» – Омск (2004-2008, 2010 гг.), «Покровские встречи» – Новосибирск, 2007 г., «Ликование весны» – Сургут, 2007г., «Жаворонки прилетите, Весну-Красну принесите» – Сакт-Петербург, 2008г., «По ту сторону Байкала» – Чита, 2008 г., Калуга, Вологда, Барнаул, Москва, Челябинск, Владивосток, Новокузнецк, Волгоград, Ульяновск, Иркутск, Кемерово, Красноярск, Краснодар, Гомель, Великий Устюг.

Звания и награды участников ансамбля:
– Лауреаты I степени Межрегионального конкурса «Россия молодая», 1994 г. – Индан С.С. (инструмент), Индан Н.С. (вокал), Евдокимов М.А. (танец),
– Стипендиаты Фонда культуры и Администрации НСО «Юные дарования Сибири», 1993 г. и 1994 г. – Индан Н.С. (фольклорное пение), 1994 г. – Индан С.С. (инструмент),
– Стипендиаты Фонда культуры и Администрации Новосибирской области им. Г.Д. Заволокина, 2002 г. – Кирданов В.М. (инструмент), 2003 г. – Шефер И.А. (фольклорное пение), 2004 г. – Валуева Ю.Г. (инструмент),
– Лауреат I степени Второго Открытого конкурса вокального искусства «Ликование весны» в номинации «Народное пение» – Индан Н.С. (Сургут, 2007 г.)
 
Результатом серьёзной научно-практической, просветительской и исследовательской работы коллектива стали:
 
• Собрание (этнографическое описание) 11 сибирских русских народных игр, вошедших в «Российскую энциклопедию народной игры и игрушек» (С. Григорьев, Москва-1990 г.);

• Проведение более 300 благотворительных творческих встреч, выступлений и вечёрок в детских домах, школах, детских садах, домах милосердия и на фестивалях Российского фольклорного союза (РФС);

• Организация совместно с вице-президентом РФС Асановым В.В. детского фольклорного абонемента «Народный праздник»: проведение ежемесячных бесплатных концертов силами детских фольклорных коллективов Новосибирска и области (Областной Дом офицеров, 1990 – 1994 гг.);

• Создание совместно с В.И. Байтугановым первой в Новосибирске «Школы русской традиционной культуры» в ДК им. Калинина (1992-1993 гг.);

• Организация и проведение в Новосибирске Первого Всероссийского Детского фольклорного фестиваля «На Троицу»: участники – коллективы из Краснодара, Иркутска, Кемерово, Новосибирска и районов Новосибирской области (1993 г.);

• Выпуск учебной трёхчасовой видеокассеты (результат экспедиционной и практической деятельности «Радоницы» по освоению народных игр и хореографии): «Традиционные танцы, кадрили и игры Новосибирской области, Алтая и Забайкалья», 1994 г. – до сегодняшнего дня является учебно-методическим пособием для 85 фольклорных коллективов Сибири и России от Южно - Сахалинска, Читы и Усть-Каменогорска до Вологды, Вильнюса и Минска;

• Проведение семинаров и мастер-классов по освоению русских традиционных игр, танцев и кадрилей Сибири и Алтая (Новосибирск и НСО, НИПКиПРО, Екатеринбург, Нижневартовск, Сургут, Омск, Новокузнецк, Прокопьевск, Красноярск, Чита, Москва, Санкт-Петербург, Усть-Каменогорск, Великий Устюг, 1995 – 2010 гг.);

• Создание Новосибирского молодёжного клуба русского традиционного (этнического) танца «Крутуха» в ДК им. Октябрьской революции (2009г.);

• Запись аудиокассеты (90 мин.) «Сибирские танцевальные наигрыши», 1994 г.: звучание подлинных образцов инструментальной музыки в исполнении участников «Радоницы» (Индан С.С. – гармонь, бубен с пестом, Потехин П.Ю. – балалайка) – используется до настоящего времени в качестве учебно-вспомогательного материала на занятиях и семинарах, в творческой деятельности фольклорных коллективов Сибири;

• Составление-написание совместно с канд. иск., профессором НГК (академии) им. М.И. Глинки Леоновой Н.В
.
– «Рабочей (авторской) программы по учебной дисциплине «Фольклорно-этнографические танцевальные традиции», основанной на авторской коллекции «Радоницы» (собранные в экспедициях образцы музыкальных игр с пляской, парных танцев, хороводов, игровых песен и кадрилей): для учащихся ФЭО НОККиИ; используется в педагогической работе с 1995 г. – по настоящее время, одобрена Московским Министерством при аттестации 2002 г.,

– Авторской «Программы курса «Народный танец» для высших учебных заведений по специальности «НХТ», специализации «Руководитель этнокультурного центра», основу которой составляют авторские коллекционные материалы «Радоницы» (112 образцов); предназначена для студентов ФКиДО НГПУ с 2003 г. и по настоящее время, отмечена Московским грифом при аттестации 2005 г.;

– 16 научно-исследовательских работ по проблемам свадебной обрядности сибирского с. Локти и традиционной хореографии русских сибиряков: большая часть издана в академических сборниках;

• Подготовка, организация и проведение более 50 календарных праздников (Новосибирская, Пермская, Омская, Архангельская, Нижегородская область);

• Создание совместно с Западно-Сибирской студией телевидения (инициатива Соколовой Н.М.) цикла научно-популярных видеофильмов «Календарные обряды и праздники Сибири (реконструкция): Святки, Красная горка (1990г.), Масленица (1991г.), Троицкие гуляния» (1992г.): материал востребован в НСО, Новокузнецке, Прокопьевске, Вологде, Краснодаре, Москве, Омске, Владивостоке, Екатеринбурге, Магнитогорске, Тюмени, Санкт-Петербурге;

• Запись аудиодиска «Дорожка моя»: 16 любимых сибирских народных песен
 
Запись аудиодиска «Дорожка моя»: 16 любимых сибирских народных песен, в исполнении участниц ансамбля «Радоница»; большая часть звучащего материала представляет семейскую песенную традицию с. Качон Красночикойского района Читинской области и родовые песни семьи Кутафиных-Бородиных с. Локти Мошковского района НСО, 2008г.;

• Выпуск Видеодиска с записью реконструированного свадебного обряда (по материалам локтинских семейных традиций Кутафиных-Бородиных), 2008г., и выступления «Радоницы» в Малом зале Новосибирской филармонии, 2009г.


Премией и заслуженной наградой для коллектива является:
 
Представление сибирской танцевально-игровой традицииv во Всесоюзном Детском Центре «Океан»: двукратное участие «Радоницы» в творческой работе смены «Школа традиционной культуры» (1991, 1993 гг.);

Презентацияv сибирской традиционной музыкальной культуры в рамках фестиваля «Русская зима»: концерты и творческие встречи ансамбля «Радоница» в г. Фрайбурге (Германия, 1993г.);

Почётное приглашение и показательные уроки «Радоницы» наv «Виноградовских чтениях»: Новосибирск – 1990г., Челябинск – 1991г., Вологда – 1994г., Иркутск – 1996г.; участие в работе «Мельниковских чтений» в Новосибирске (2005, 2007гг.);

Выступление ансамбля «Радоница» в концертной студииv «Останкино»: представление традиционной культуры Новосибирской области среди 100 семей России в учреждённый ООН «Год Семьи» (Москва, 1994г.);

Четырёхлетиеv «Радуницы», отмеченное участием в концерте фольклорных ансамблей РФС «Круг жизни» на сцене Дома Союза композиторов в Москве (1994г.);

Поездка ансамбляv в составе концертной бригады по алтайским пограничным заставам Сибирского Военного Округа (1996г.);

Публикации о коллективе в журнале «Горница»v (1996г.) и в книге «Новосибирская Епархия: История и современность» ( 2006г.);

Двукратное участие «Радоницы» в творческой деятельности «Поездаv «За духовное возрождение России»: 75 концертов в деревнях и сёлах 23-х районов НСО (1999, 2001гг.);

Выступление ансамбля «Радоница» на сцене МХАТа им.v М.Горького и Центрального Дома литераторов в рамках IV Всероссийского форума «Фольклорная весна» в Москве (1999г.);

Публикация материалов, собранныхv коллективом в фольклорно-этнографических экспедициях, в 60-томнике «Памятники фольклора Сибири и Дальнего Востока»;

Участие в телевизионных передачах:v «Мировая деревня» (Москва, 1994г.), «Играй, гармонь» (1992-2008гг.), «Фольклорный театр», «Единственная», «Просёлки», «Лад», «Утреннее домино»                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                          

Статья Н.С. Кутафиной "Толстая» кадриль в Новосибирской области"

В процессе фольклорно-этнографических экспедиций автором работы была зафиксирована оригинальная форма этнохореографической композиции – «толстая» кадриль. Данная танцевальная структура сохранилась в двух деревнях разных, удалённых друг от друга, районах Новосибирской области. Подобная модель не встречается в русских поселениях других регионов России. В Новосибирскую область хореографические образцы «толстой» кадрили привезли переселенцы из Белоруссии. На материнской территории данная модель пляски не сохранилась. Характеристика и сравнительный анализ вариантов «толстой» кадрильной композиции из разных районов Новосибирской области является предметом рассмотрения данной публикации.

Автором работы в процессе фольклорно-этнографических экспедиций выявлена уникальная форма «толстой» кадрили, сохранившаяся до наших дней у белорусских переселенцев деревни Еланка Куйбышевского района и села Кандереп Болотнинского района Новосибирской области. Данный вариант «толстой пляски» в настоящее время не зафиксирован более ни в одном русском или белорусском поселении России.

«Толстая» пляска, сохранившаяся в Новосибирской области, представляет собой особую форму композиции, состоящую из четырёхкратного повторения каждого «колена» простой линейной кадрили всеми парами: «крест на крест», направо и налево. В процессе практического изучения хореографических  образцов  автор выявил общую форму композиционного строения кадрилей из Куйбышевского, Болотнинского и Северного районов. Аутентичные исполнители, сохранившие данную модель, приехали в Сибирь из дореволюционной Белоруссии. Поэтому возможно констатировать факт существования на территории Новосибирской области белорусской модели «толстой» кадрили. Исследования профессиональных белорусских хореографов позволяют утверждать, что в традиционной белорусской танцевальной культуре схема «толстой» пляски не встречается. Автор настоящей статьи констатирует: в Сибири «выжила» и сохранилась уникальная модель «толстой» кадрили, утерянная в Белоруссии.

Анализ сибирских многофигурных плясок и кадрилей позволяет разделить их на две группы по типу исполнения: учебные и мастеровые. В «толстой» мастеровой кадрили важна согласованность координации движений участников и профессиональные качества индивидуального виртуозного мастерства исполнителей. В «толстой» кадрили формируются и кристаллизуются собственно мужские и женские самобытные движения. «Толстые» пляски являются самым сложным и виртуозным жанром традиционной хореографии, требуют особого плясового мастерства. В отношении «толстых» кадрилей можно говорить о высоком техническом уровне исполнения, профессионализме, которого достигают единичные пары.

Фундаментом для изучения и практического освоения русской танцевально-игровой традиции являются фольклорно-этнографические материалы экспедиций Кутафиной Н.С. 1978-2005 годов в Новосибирскую, Кемеровскую, Читинскую, Тюменскую, Псковскую, Пермскую, Гомельскую, Вологодскую, Волгоградскую области, Сургутский район Ханты-Мансийского автономного округа, Забайкалье и Алтайский край.

Комментарий представляет экспедиционные данные, паспортизацию аутентичных исполнителей и описание трёх локальных кадрильных вариантов.

Автором работы в процессе фольклорно-этнографических экспедиций 1978-2005 годов выявлена уникальная форма «толстой» кадрили, сохранившаяся до наших дней у «расейских» переселенцев деревни Еланка Куйбышевского района и белорусских новопоселенцев села Кандереп Болотнинского района Новосибирской области. Данный вариант «толстой пляски» в настоящее время не зафиксирован более ни в одном локусе России. Швейцарский хореограф Francis Feybli, создающий фильмы о танцевальных традициях народов мира, отмечает новосибирскую модель «толстой кадрили» как редкую и интереснейшую форму хореографической «конструкции». Возможным аналогом-вариантом является лишь пляска, зафиксированная Франсисом Фэйбли в одном из поселений Южной Америки.

Многофигурные пляски и кадрили разных регионов России отличаются друг от друга не только рисунком танцевальных узоров, последовательностью плясовых элементов, повадками и мастерством танцующих, характерными для данного локуса, типом музыкального сопровождения, но и очерёдностью включения пар в танцевальное «соревнование», и характером их взаимодействия в процессе всей танцевальной композиции. Характерным отличием новосибирской «толстой» кадрили от других многофигурных плясок, является оригинальная форма танцевального сюжета, в которой при обязательном участии четырёх пар все девушки и парни, благодаря рисунку пляски, поочерёдно меняются партнёрами, четырёхкратно повторяя плясовую фигуру.

Кадрили — жанр преимущественно предсвадебный. Информаторы рассказывают о «сплясывании» будущих брачных пар и последующем сватовстве. Для музыкально-пластического общения и танцевального «знакомства» деревенской молодёжи принцип «толстой» пляски был интереснее и полезнее (функциональнее) любого другого танцевального «променажа», где девушка могла быть фактически «приклеена» к своему непосредственному партнёру условиями танцевального рисунка. Парень, пригласивший девушку, мог быть ей не интересен, но если она не хотела обидеть его отказом, то вынуждена была доплясывать с одним кавалером всю композицию, На вечёрках молодёжь знакомилась друг с другом, а парни присматривали себе невесту. Формат «толстой» кадрили позволял кавалеру, «сплясываясь» практически одновременно с четырьмя разными барышнями, сравнивать их между собой. Данная модель помогала парню найти себе ту желанную, удобную во всех отношениях партнёршу и будущую супругу, которая внутренней чуткостью и пластическим пониманием вдохновляла его на танцевальные «подвиги». Тогда незатейливые элементы общей пляски, простейшие кружева танцевальных движений превращались в искрящийся полёт хореографической фантазии. Вдохновенная импровизация одной или нескольких пар зарождала новые замысловатые многофигурные комбинации танца и куражливые «выкаблучивания» деревенских молодцов. Не удивительно, что после совместного «проплясывания» нескольких «колен» кадрили, как говорится «на едином дыхании, в едином порыве», парень отправлял сватов к выбранной девке. В танце ухажёр мог ощутить горячую или холодную, влажную или сухую  ладонь будущей невесты, индивидуальный запах разгорячённого тела, услышать родное биение сердца, предугадывая темперамент возможной «спутницы жизни». Кавалер мог оценить девичью сноровку по быстроте или вальяжности её плясовых движений. Обнимая и кружа партнёршу в танце, ухажёр мог не только заглянуть ей в глаза, и обмолвиться с нею словом, а ещё и почувствовать музыкально-ритмическую и пластическую «совместимость» с выбранной плясуньей. Бывало и наоборот. В продолжение всего танца партнёр остро ощущал возникающую «несогласованность» парных движений, внутренний диссонанс и некое «сопротивление» в исполнении отдельных элементов, и композиционных построений, что  приводило к разладу плясового настроения. В данной ситуации даже опытный деревенский плясун-профессионал не смог бы проявить свои выдающиеся мастеровые качества. Высоко ценилась «чуткая» партнёрша. Она «послушно» подхватывала танцевальную инициативу парня, проявляя увлечённость единым хореографическим движением, умело поддерживала спонтанно возникающую плясовую импровизацию. Девушка, возможная будущая супруга, могла поднять, вознести настроение своего кавалера озорной звонкой частушкой, помогая ему «высказаться» в сольном фрагменте куражливого пляса, ритмически оформить и архитектонически выстроить его «сольное высказывание» дробным подстукиванием звонких каблучков. Вместе с бубном и колотушкой, дроби ног выполняли функцию ударных инструментов.  

Именно в «толстой» кадрили приоритет мужского гонора и куража был неоспорим. Здесь за «пальму первенства» сражались в плясовой «выходке» четыре ярких «поединщика», щеголяя своими умениями и мастерством друг перед другом, перед девками и перед всем миром, напоминая сияющих оперением павлинов, или яростных соперников-дуэлянтов. Поэтому важно было «подарить» парню вдохновенное настроение, «поднять тонус» его смелой самооценке, ввести его в задорное состояние для раскованного самовыражения в пляске, сверкающей неповторимой импровизацией. Поэтому выбор девушки был так важен. И каждое новое исполнение «толстой» кадрили становилось неповторимо единственным, увлекательным для участников, и блистательным, зарождающим элементы креативной интерпретации общей композиционной «основы». «Глаз горит, сердце радуется»!

В иерархии деревенских танцевальных жанров «толстые» кадрили занимают наивысшую позицию: по согласованности координации движений участников и по качеству индивидуального виртуозного мастерства исполнителей. Как отмечалось выше, в кадрилях часто «сплясываются» будущие брачные пары, ибо главным условием для успешного сотворчества является полное взаимопонимание танцевального «дуэта»: слаженность в движениях, ритмическое единство и пластическое взаимопонимание каждой отдельной пары. Как и в будущей семейной жизни, от девушки требуется «послушание и смиренномудрие». Она должна «присноровиться, «приладиться» к исполнительской манере кавалера, угадывая вперёд его танцевальные «пожелания» в процессе импровизации: количество поворотов, направленность движения, создание-сотворчество нового танцевального элемента.

В «толстой» кадрили формируются и кристаллизуются собственно мужские и женские самобытные движения. «Толстые» пляски, как самый сложный и виртуозный жанр традиционной хореографии, требует особой плясовой «сноровки». В отношении «толстых» кадрилей можно говорить о высоком техническом уровне исполнения, профессионализме, которого достигают единичные пары. Парень «ломает колена», куражится, выказывает свой гонор, соревнуясь с супротивником. Девка, вдохновляя парней на плясовые «подвиги», выбивает ногами (каблучками) дроби, неумолкаемо звенит частушками и послушно подхватывает, предугадывая-предчувствуя, движения партнёра, рождённые творческим духом парной импровизации. Вследствие творческой инвариантности танцевального поведения каждой отдельно взятой пары и всей «восьмёрки» пляшущих участников, возникает большое количество новых разнообразных, неповторяющихся танцевальных элементов.

Анализ сибирских многофигурных плясок и кадрилей позволяет разделить их на две группы по типу исполнения: учебные и мастеровые. По своей структуре учебные пляски являются «сюитами», созданными из объединения в единую композицию парных танцев или плясовых элементов, соединённых между собой повторяющейся связкой – «рефреном». Демократичность жанра, возникающая вследствие лёгкости усвоения танцевального материала учебных плясок, позволяет участие в творческом процессе всех желающих: парней и девушек из соседних деревень, например, что является типичной ситуацией на съезжих праздниках. Главное условие для успешного освоения учебной пляски – занять танцевальную позицию по очерёдности после «посвящённых» мастеров.

Мастеровые «толстые» кадрили и пляски в противовес учебным аналогам «впускают» в свой узкий круг только избранных, посвящённых мастеров-плясунов. Количество пляшущих пар строго регламентировано условиями конкретной композиции: восемь человек. В контексте кругового согласованного и синхронизированного взаимодействия мастеровые кадрили и пляски в 4 пары являются вершиной народно-исполнительского хореографического профессионализма. Здесь ошибка, «сбой» в движении одного из танцоров влечет за собой распад, разлом всей кадрили в целом: погибает весь «организм» танцевального произведения устного народного творчества. Поэтому для корректировки организованного движения в жанре «толстой» кадрили традиционно выбираются две основные, главные, ведущие пары, где мужчины выполняют роль диспетчеров, управляющих «ходом» и развитием единого организма пляски. Две другие пары можно назвать ведомыми или «подчинёнными», второстепенными: они стараются в пляске ладить с диспетчерами, равняются на них, согласовывая с ведущими каждый свой танцевальный шаг. Для визуализированной характеристики организованного синхронного движения танцующих напрашиваются следующие эпитеты: ведомые пары двигаются как «эхо», как зеркальное отражение, как тень ведущих.

            «Толстая» пляска представляет собой особую форму композиции, состоящую из четырёхкратного «проплясывания» каждого «колена» простой линейной кадрили всеми парами: «крест на крест», направо и налево. Данный «метод учетверённой повторности» хореографического рисунка используется только в двух кадрильных образцах, сохранившихся на территории Новосибирской области: в еланской пляске «ТОлстого» и кандерепской «Подгорной». А вот сам орнамент или сюжет «толстой» кадрили, который четырежды как бы «затверживается» в повторах, встречается ещё и в «Платоновской кадрили» Северного района Новосибирской области.

           В процессе практического изучения записанных в Новосибирской области кадрильных  образцов из Куйбышевского, Болотнинского и Северного районов автор выявил интересную особенность хореографической архитектоники: общую форму композиционного строения. Избранные танцевальные примеры, записанные от «расейских» переселенцев деревни Еланка Куйбышевского района [Индан (Кутафина) 2000: 80], белорусских новопоселенцев деревни Кандереп Болотнинского района и кержаков деревни Платоновка Северного района [Кутафина 2016] Новосибирской области, не смотря на сотни километров разделяющих данные поселения,  удивительным образом похожи друг на друга. Сравнительный анализ хореографической «архитектуры» данных кадрилей показывает общую «модель» композиции. Характерными общими чертами являются: 1) количество «колен»-фигур (пять), в каждом – 2 подраздела (а и б), 2) инвариантный рисунок танцевальных сюжетов каждого «колена» и  их очерёдность, 3) последовательное чередование вступления в пляску девушек и парней, 4) музыкальное сопровождение. Различаются три композиции инвариантными деталями (как песни одного сюжета в региональных распевах русских деревень): своеобразным сцеплением и поддержкой рук танцующих, самобытным обкруживанием пар и неповторимой плясовой манерой-«выходкой» парней.

При этом возникает вопрос о возможности общения жителей трёх обозначенных деревень в период с момента их переселения из Белоруссии в Сибирь (1900 – 1908 годы) до настоящего времени их проживания на территории Новосибирской области. Возможно ли взаимовлияние трёх локальных культур, учитывая удалённость мест проживания носителей представленных традиций? Данная дилемма может стать темой для самостоятельного исследования бытования заявленного жанра.

Настоящая статья лишь констатирует факт существования на территории Новосибирской области общей «белорусской модели толстой» кадрили. Автору работы представляется логичным следующее объяснение: наличие в дореволюционной Белоруссии «единой корневой матрицы толстой пляски», из которой «родились и выросли» видоизменённые варианты найденных новосибирских образцов. Научно-исследовательский инстинкт собирателя логически подсказал автору направление последующего поиска: аналогичные хореографические конструкции могли сохраниться на материнской территории – в Белоруссии. Командировка в Минск в декабре 1997 года явилась для исследователя «толстой» кадрили творческой удачей. Автору посчастливилось познакомиться с профессиональным хореографом, старшим научным сотрудником Белорусского института проблем культуры Н.А. Козенкой. Видео-коллекция белорусского традиционного танца, собранная за годы экспедиционной деятельности Николаем Алексеевичем, опытным этнографом и энтузиастом своего дела, продемонстрировала отрицательный результат поиска: аналогов новосибирской «толстой» кадрили в Белоруссии не зафиксировано. Совместный просмотр и обсуждение авторских видео-материалов «Традиционные кадрили, танцы и игры Новосибирской области» закрепили итоговый результат ответа: в традиционной белорусской танцевальной культуре схема «толстой» пляски не встречается. В устной беседе Мікола Аляксеевич Козенка подтвердил отсутствие в белорусском танцевальном фольклоре похожих на «ТОлстого» вариаций. По всей очевидности в Сибири «выжила» и сохранилась за годы многократного переформатирования государственной системы уникальная модель «толстой» кадрили, утерянная в Белоруссии.   

Основополагающим «фундаментом» для теоретического изучения и практического освоения русской танцевально-игровой традиции являются фольклорно-этнографические материалы экспедиций Кутафиной Н.С. 1978-2005 годов, включающие районы Новосибирской, Кемеровской, Читинской, Тюменской, Псковской, Пермской, Гомельской, Вологодской, Волгоградской областей, Сургутского района Ханты-Мансийского автономного округа, Забайкалья и Алтайского края.

Комментарий:

Деревня Еланка Куйбышевского района Новосибирской области.

Семейный фольклорно-этнографический ансамбль «Радоница» под руководством Н.С. Кутафиной с 1990 по 1998 годы организовал 16 экспедиций в Еланку для встречи с традиционными исполнителями, сохранившими самобытную хореографическую культуру переселенцев из Белоруссии и Орловской области. Участники «Радоницы» не просто «записали» местные пляски и кадрили – круговой «Еланский Чижик», «Лентею», «Еланскую кадриль» и «ТОлстого» – но постоянно приезжали учиться, перенимать характер и стиль, манеру пляски у местных мастеров, добиваясь одобрения и положительной оценки носителей традиции. Каждый приезд в Еланку напоминал тёплые творческие встречи, где обучение сменялось импровизированными концертами для жителей деревни. Возрождение и практическое изучение кадрили в экспедиционных условиях требует не только наличие парного состава, но и обязательное количество пар. Поэтому ансамбль «Радоница» всегда приезжал в Еланку большой «семьёй» 10-12 человек, половину которой составляли мужчины, мальцы и парни. Ребята перенимали сноровку и кураж непосредственно от еланских дедов, носителей традиционного «расейского» пляса в Сибири. В последние экспедиции выросшие «радунята» устраивали творческие отчёты по овладению мастерством исполнения еланских кадрилей перед деревенскими учителями, как  перед самой серьёзной «экзаменационной комиссией». Главной положительной оценкой для автора прозвучали слова Прасковьи Александровны Ивановой, 1928 г.р.: «А ты смотри, Лизавета, они ведь лучше нас уже пляшут!»

Нашими учителями в Еланке стали: Иван Александрович Зонов, 1928 г.р., Елизавета Леонтьевна Алексеева, 1924 г.р., Антонина Ивановна Моисеева, 1926 г.р., Прасковья Александровна Иванова, 1928 г.р., Михаил Александрович Богданов, 1930 г.р., Михаил Яковлевич Богданов, 1923 г.р. и Николай Алексеевич Пузынин, 1922 г. р.

Деревня Кандереп Болотнинского района Новосибирской области.

В Кандерепе Семейный фольклорно-этнографический ансамбль «Радоница» от жителей деревни в июле 1992 года записал и разучил  «Кандерепскую кадриль» и «толстую» пляску «Подгорная». Местная кадриль очень напоминает еланскую. Схожи все параметры композиции, только в «Кандерепской кадрили» увеличено количество фигур - их шесть. Кандерепская «Подгорная» по типу движений и взаимодействия пар аналогична утолщённой «Еланской кадрили» или «ТОлстому». Но есть в ней и свои оригинальные фигуры. И в Еланке, и в Кандерепе пляшут в сопровождении сибирского наигрыша «Подгорная», с частушками.

Передали «Радонице» свои умения и ласково принимали нас в Кандерепе Анна Васильевна Шпигоцкая, 1930 г.р., Павел Титович Коржаков, бубнист, 1917 г.р., Дарья Лазаревна Брагина, 1920 г.р., Мария Викторовна Коржакова, 1911 г.р., Мария Осиповна Штамберт, 1927 г. р., Анна Алексеевна Демидова, 1921 г. р., Неля Никитична Авдошкина, 1926 г. р. и  Антонида Андреевна Богданович, 1924 г. р.

Деревня Платоновка Северного района Новосибирской области.

Благодаря богатым и хорошо сохранившимся песенным, игровым и хореографическим традициям, уроженцы Платоновки многие годы вызывали неослабевающий интерес к своему творчеству у многих сибирских фольклорных коллективов. Впервые с носителями данной яркой самобытной культуры автор встретился в июле 1984 года. Вследствие многогранности платоновской традиции (лирические и свадебные песни, хороводы, крутухи, детские игры, ткачество и хореография) встречи с учителями повторялись часто: вместе с бергульскими поездками автор совершил 22 экспедиции в село Северное.

В момент экспедиционной записи и разучивания участниками Семейного фольклорно-этнографического ансамбля «Радоница» местной традиционной хореографии в 1990-1994 годы, деревни Платоновка на карте Новосибирской области уже не было. Все платоновцы переехали в районный центр Северное, Биазу и деревню Весёлую. По рассказам респондентов они ездили в родное село только на кладбище. В Платоновке жили русские староверы-кержаки, приехавшие в Сибирь из сёл Ластовичи, Королевичи, Залесье, Глубокое Витебской губернии Белоруссии в 1903-1908 годах XX столетия. Вместе с родственниками (двоюродными братьями и сёстрами) они расселились в Новосибирской области по реке Таре в деревнях и сёлах – Бергуль, Платоновка, Морозовка Северного района и Макаровка Кыштовского района. Родственные связи прослеживаются в общем репертуаре.

Кадриль научили нас плясать сёстры Хмелёвы: Анисья Васильевна Якимова, 1917 г.р., Елена  Васильевна Гребковская, 1923 г.р., Татьяна Васильевна Григорьева, 1925 г.р., Анна Васильевна Арманчеева, 1927 г.р., Евдокия Васильевна Демчихина, 1935 г.р. и их двоюродные сёстры –  Александра Панфиловна Халява, 1920 г.р., Лукерья Васильевна Гнутова, 1922 г.р. и Матрена Васильевна Антопкина, 1918 г.р. Голоса и песни данных исполнителей широко известны  по грампластинке «Традиционный песенный фольклор Западной Сибири. Фольклорная группа  села Северное Новосибирской области», М.: «Мелодия», 1987, где в аннотации В.В. Асанова даны краткая история деревни и характеристика певческого стиля коллектива.

            4. В  1994 году автором была записана учебная трёхчасовая видеокассета «Традиционные кадрили, танцы и игры Новосибирской области» в качестве иллюстративного материала к программе учебного курса «Фольклорно-этнографические танцевальные традиции». В настоящее время данный видеоматериал является учебно-методическим пособием для 170 фольклорных коллективов Сибири и России. Положительные отзывы получены от руководителей десятков ансамблей: от Южно-Сахалинска, Читы и Усть-Каменогорска до Санкт-Петербурга, Вологды, Минска, Вильнюса, Берлина, Швейцарии и Италии.

Список литературы

Индан  (Кутафина) Н.С. Об опыте работы Новосибирского семейного фольклорного театра «Радуница» /Фольклор и молодёжь. От истоков к современности / под ред. Н. Н. Гиляровой. – М., 2000 – С. 68-82

Кутафина Н.С. «Возрастная циклизация русского танцевально-игрового фольклора Сибири»: Материалы III Международного конгресса фольклористов, М., 2017

 

Расценки на занятия Школы русской традиционной культуры "РАДОНИЦА"  на 2017-2018г. с 01.10.2017г

Стоимость разового занятия для взрослых – 400 рублей.

Стоимость разового занятия для детей – 300 рублей.

Стоимость разового занятия (льготный: при посещении второго человека из одной семьи, для студентов и пенсионеров) – 250 рублей.

Copyright © 2009-2017 ДК «Прогресс»